Айдар Хисамутдинов: Тороплюсь жить

26.10.2011 в 00:00, просмотров: 5496

«Долгий период моего становления как зрелого человека у меня была большая проблема – я был открытой книгой для всех. В жизни так нельзя, а в театре тем более...»

Айдар Хисамутдинов:  Тороплюсь жить
В биографии Айдара всего три строчки - родился, учился, работает. Фото из архива Айдара Хисамутдинова

Как на духу

– Айдар, что приготовили Вы для нас, зрителей?

– Идеологом проекта стала экс-руководитель балетной труппы театра Галина Васильева. Она давно начала говорить, что нужно сделать вечер для тех людей, которые меня любят. Почему я подчеркиваю именно эту фразу – сама идея основана на том, что в этом вечере будут принимать участие люди, которые все 10 лет (длинных и быстрых) были рядом со мною.

Для меня очень важно и радостно, что дала согласие исполнить со мной дуэт одна из первых моих партнерш (которая уже не танцует достаточно давно) — заслуженная артистка России и Чувашии Ольга Серегина.

– Будут ли премьеры на вечере?

– Мой вечер – своеобразный итог десяти лет творчества, поэтому я посчитал нужным показать номера известные и полюбившиеся зрителям. А премьерой я назвал бы то, что они собраны в один концерт, чего раньше не было, так что все образы можно будет увидеть за один вечер. Впрочем, вечер можно считать небольшим моноспектаклем, все второе отделение будет проходить без поклонов. Мне бы очень не хотелось зрителя настраивать на помпезность. Само название вечера – достаточно интимное, трепетное. Мне бы хотелось свести все к более свободному общению со зрителем.

– Почему назвали свой вечер «Моя исповедь»?

– Мы делаем спектакль о самом главном в жизни – о любви. О любви к женщине, о любви к жизни, о любви к людям, о вере. В первом отделении будет блок «Посвящение» – моим близким людям. Ведь то зрелище, которое мы видим из зала, делается не только артистами на сцене и рабочими за кулисами, но и любовью и поддержкой семьи. Может, это будет расценено не очень однозначно, но это — то откровение, которое, к сожалению или к счастью, не всегда может видеть зритель. Все будет сказано в тот день, когда я могу себе это позволить. Потому и исповедь.

– Это будет спектакль-биография?

– Что такое биография? Если посмотреть на мою биографию, там всего три строчки – родился, учился, работает. И, слава Богу, нет следующей строки... Биография артиста – то, что мы играем на сцене, и каждая роль, проживаемая нами - тоже целая жизнь. В моем вечере я представлю 12 образов. Эти работы — весомая часть меня. И они тоже будут поданы как «исповедь», на которую артист, в принципе, не имеет права в обычных ролях. А сейчас зритель увидит не артиста, а человека, который переживает все эмоции в разных образах. Зритель должен получить ощущение, что он остался за кулисами...

– Вы выступите и в новом для себя амплуа...

– Да, на вечере в моем исполнении прозвучат стихи Натальи Небесной. Мой голос, мои чувства останутся со зрителем в тот момент, когда меня не будет на сцене. Это оказалось очень сложным – читать стихи. Но я поставил себе эту серьезную планку. Пока не знаю, взял ли я ее, на концерте зритель рассудит.

- Не пишете сами?

– Честно? Пишу, но на суд зрителя решил не выставлять пока что.

И швец, и жнец, и на дуде игрец

Коллеги Айдара Хисамутдинова характеризуют его не только как замечательного танцовщика, но и просто как уникальную личность: потрясающий артист, потрясающий коллега, потрясающий музыкант, великолепно поет, хорошо строит, прекрасно рисует, делает великолепные украшения, моделирует костюмы.

– Айдар, Вы не собираетесь на вечере играть на рояле и петь?

– (смеясь) Нет, пожалуй, это будет чересчур, а то мне придется еще для многих зрителей скорую вызывать – и танцует, и стихи читает, и так далее... Впрочем, у меня была идея сыграть свое сочинение, но я решил немного пожалеть зрителя. На этом вечере за роялем будут потрясающие музыканты.

– Говорят, все костюмы для вечера Вы придумали сами...

– Удачный костюм — это 45-50% успеха номера или спектакля. Поэтому по оформлению персонажей часто стараюсь брать инициативу на себя. И в принципе все костюмы из авторских номеров придуманы мною при помощи моих коллег. От комфортного костюма зависит результат технических возможностей танцовщика во время танца, от дизайна — сила воздействия персонажа на зрителей.
Моя гордость – это пара костюмов в номере «Эхо сожженного крика». Мне пришлось разработать их, так как предложенный первоначально вариант, по моему мнению, не соответствовал ни стилю, ни образу. Я очень щепетильно отношусь к костюмам...

– Как Цискаридзе, которому нужны настоящие жемчуга в костюме?

– В дорогих костюмах, конечно, приятно работать. Но все-таки, многое зависит от того, как ты сам несешь этот костюм. Стразы прекрасно заменяют бриллианты, главное же — самому уметь перевоплощаться в образ...

– То есть вам жемчуга не нужны?

– Нет. ...Пока, во всяком случае.

– Айдар, при столь разнообразных интересах и умениях с чего у Вас началась любовь к балету?

– Ой, вот это смешно, я даже сам смеюсь всегда. В свое время, будучи подростком, я ходил в кружок баянистов и пения. Петь любил и пел много. Моя мама сказала: «Что ж останавливаться, надо пробовать что-нибудь еще». Как-то проходили мимо театра, и там висело объявление о наборе в хореографическое училище. На тот момент я не имел никакого представления, что такое балет. «Попробуем? – Попробуем». Прошел первый тур, возьмут или не возьмут – разницы нет. Прошел на второй тур – ну не пройду, так не пройду, но вроде как уже хочется. И только на третьем пришло волнение: а вдруг завалю? Прошел и этот тур и стал учиться. Вот так пришла любовь к балету. А вот осознание, что это такое, пришло буквально
…. Вчера?

- (смеясь) на предпоследнем курсе училища.

Любовью за любовь

По окончании Казанского хореографического училища Хисамутдинов получил 11 предложений из разных театров России, в том числе из трех московских трупп (Камерный балет «Москва», Кремлевский балет, труппа Василёв-Касаткина). Но выбор пал на Чувашский театр.

– Сейчас нет сожаления, что предпочли провинциальный театр столичным?

– Я обрел здесь семью, и это 98% причины того, что я остался здесь. Но нисколько не жалею. Моя карьера танцовщика полностью состоялась – здесь мне сразу же было предложено танцевать ведущие партии.

– А если бы сейчас поступило сладкое предложение, уехали бы?

– Мне действительно два года назад поступило очень лестное предложение - работать в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко, от которого я отказался. И теперь не столько из-за семьи (так как предложили переехать вместе с семьей), сейчас сыграла роль любовь к театру, к людям, которые со мною рядом. Я был бы не я, если бы не этот театр, мои коллеги и мои зрители.

– Кто для вас самый важный зритель, такой, что Вы волнуетесь особо, зная что он сидит в зале?

– Волнение присутствует всегда, но это волнение должно прекратиться перед первым шагом на сцену. Знаю, всегда в зале есть новый человек, не бывает такого, чтобы кто-то не пришел в театр первый раз. И это тот случай, когда «у тебя есть 5 секунд, чтобы отдать свою любовь зрителю и чтобы он полюбил тебя. Если этого не случилось в эти 5 секунд, с первого шага на сцену, то дальше можно и не пытаться».

Если у тебя все получилось, ты можешь приобрести своего зрителя. Но свой зритель — это большая ответственность, и нужно постоянно держать высокую планку, ту, на которую и рассчитывает ТВОЙ зритель, потому что знает, на что ты способен. Когда в зале сидят близкие люди, меня особо это не обязывает никогда, потому что я знаю, что они меня любят и простят все что угодно. Но мне всегда очень важно мнение моей супруги. После каждого спектакля мы обсуждаем партию – все от актерского образа до технических вопросов. И хотя моя супруга и не профессионал в этом деле, она - профессиональный зритель. На протяжении вот уже 9 с половиной лет она не пропускает ни одного спектакля с моим участием, даже самого рядового, даже если там у меня и не главная роль.
И вот уже 9 с половиной лет в конце спектакля моя супруга видит мои глаза и мой поклон, посвященный ей...