В Чувашии для семейного дебошира не было ни закона, ни совести

Приглашение на «званый ужин»

Удары сыпались один за другим. Ольга Рожкова уже перестала ощущать боль. Она практически не чувствовала боли, хруста руки. И лишь вокруг нее все расширялась лужа липкой крови. А большая скалка в руках мужа Николая все опускалась и опускалась на беззащитное тело женщины...

Приглашение на «званый ужин»

Все это происходило в квартире родителей Николая в селе Моргауши. Но началось все немного раньше — в квартире супругов.

Поздно ночью Николай появился дома. Был ли он нетрезвым или нет, утверждать не будем. Дети уже спали. Ольга, сидевшая в ожидании супруга, после первых словесных оскорблений поняла, хорошего не жди. И, словно в подтверждение этих  мыслей, последовал удар. Потом второй. Проснулись дети. Сын, как истинный мужчина, попросил не бить маму. Николая это остановило. И вдруг произошло невообразимое. Николай неожиданно сменил гнев на милость и за­явил Ольге, что у него для нее есть сюрприз — званый ужин в квартире его родителей. Там, мол, никого нет — и будет ужин при свечах.

Рожкова О.Г. получила черепно-мозговую травму в форме ушиба головного мозга со скоплением крови над твердой мозговой оболочкой (эпидуральная гематома) левой височной области, со вдавленным переломом височной кости со смещением отломков, повреждением мягких тканей головы в виде ран в области ран справа (1), левой височной области (1), теменно-затылочной области волосистой части головы слева (1), затылочной части справа (2), кровоизлияние под слизистую оболочку левого глазного яблока (1), множественных кровоподтеков и ссадин области лица.

Из судебно-медицинской экспертизы.

Ольга не могла поверить. Неужели свершилось, ведь она с 2013 года, со дня свадьбы, мечтала о нормальной жизни с Николаем. Да, еще до замужества она успела познать грубость со стороны Николая. Он мог беспричинно ее ударить, оскорбить. Терпела. Но в 2015 году подала на развод. А сама верила, ведь должен настоящий мужчина, ставший отцом, измениться в лучшую сторону. Скорее всего, именно поэтому она вновь поддалась на уговоры бывшего супруга. И они сошлись вновь. Родился второй ребенок. Но надеждам Ольги не суждено было сбыться. Вновь начались ссоры, избиения. Больше того, сыпались и угрозы убийством, если она напишет заявление в полицию. 

Раны передней поверхности шеи справа (1), задней поверхности грудной клетки слева (1), травму верхней передней конечности в виде перелома головки основной фаланги четвертого пальца правой кисти со смещением отломков, с повреждением мягких тканей кисти в виде кровоподтека, множественные кровоподтеки, ссадины грудной клетки, кровоподтеки верхних конечностей...

Из судебно-медицинской экспертизы.

В трагический вечер Ольга согласилась на «званый ужин». Как только дети уснули, пара отправилась в квартиру мужа, благо, она располагалась не так далеко. Как только пришли на место, Николай, схватив большую скалку, начал избивать супругу. Бил долго, с каким-то диким наслаждением. Его не смущало то, что жена лежит в луже крови. Скорее всего, не было у беспредельщика и мысли о том, что может убить женщину. Закончив истязание, он заставляет на коленях просить у него прощения. За что? Ольга, чтобы не озлобить его, стала просить это прощение, осознавая, что вымаливать его ей просто не за что. Завершив задуманное, Николай отправляет жену в ванную комнату привести себя в порядок. Потом, требуя того, чтобы о произошедшем она никому не говорила, добавлял, что, мол, заявишь в полицию, то все равно больше трех лет не дадут, а по возвращении он убьет ее.

Травма головы по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью, могла образоваться от воздействия тупого твердого предмета.

Из судебно-медицинской экспертизы.

Ольга оказалась в районной больнице. Она не могла лежать на спине — не давала сделать этого черепно-мозговая травма. Жаловалась врачам на сильные боли. Но ее успокаивали, это, мол, от пережитого и от постоянно меняющейся погоды. Все пройдет. Так «проходило» одиннадцать дней. Да, врачи, скорее всего, не верили в серьезность повреждений, если продолжали держать ее в районке. К такому выводу, если речь вести о районной больнице, приходишь еще и потому, что врачи вынуждены были отправить ее в нейрохирургическое отделение Республиканской клинической больницы.  А здесь эксперты указали на нерасторопность врачей района, написав в экспертном заключении «неполное описание врачами морфологических свойств ран». 

Травма четвертого пальца правой кисти по признаку длительного расстройства здоровья свыше 21 дня квалифицируется как причинившая средней тяжести вред здоровью. Повреждения кистей рук, подобные имеющиеся у Рожковой О.Г., как правило, могут образоваться как при однократном прямом (при воздействии тупого предмета непосредственно в место перелома), так и однократно непрямом механизме травмы (при продольной нагрузке — воздействии силы по оси кости).

Из судебно-медицинской экспертизы.

Можно задавать вопросы и местным полицейским. Заявление от пострадавшей написано, но в райотделе ответили, что не могут задержать дебошира до получения судебно-медицинской экспертизы. Должны были бы знать, что у Николая было и незарегистрированное ружье, по словам Ольги, которое он спокойно возил продавать в столицу республики в обычном мешке. И слава Богу, что на прошлой неделе суд не пошел на вынесение дебоширу домашнего ареста, а отправил его под арест до суда. Может быть, там Николай вспомнит о том, что есть ст. 111 УК РФ, которая  за тяжкий вред, причиненный жене мужем, может стать основанием для изоляции виновного лица на долгих 8 лет его жизни.